Володимир Фесенко Політолог, керівник Центру політичного аналізу "Пента"

Реформы или революция?

22 жовтня 2017, 23:50

Реформы или революция – такова главная дилемма последних политических событий вокруг и внутри Верховной Рады. Формально это проявилось в контрасте между событиями, которые происходили внутри Верховной Рады (деятельность парламента на прошедшей неделе в основном была сосредоточена на рассмотрении медицинской реформы и требований по "большой политической реформе"), и бурной политической акцией под стенами парламента (революционной риторикой и радикальными действиями ее участников). Внешне это выглядело как противоречие между умеренно реформаторским курсом власти и революционными устремлениями оппозиции. Но, как оказалось, это дилемма и для самой оппозиции. Ее умеренное крыло (М.Найем, депутаты-еврооптимисты, общественные активисты) было сосредоточено на реализации своих законодательных предложений, несколько пафосно названных "большой политической реформой", а радикальное крыло организаторов "акции 17 октября" (М.Саакашвили, Е.Соболев, С.Семенченко) с самого начала сделало ставку на создание нового майдана, на революционные методы решения политических проблем. В итоге в лагере оппозиции состоялось размежевание на "реформаторов" и "революционеров". Последние создали "палаточный городок" под парламентом и решили продолжить "революционное" давление на власть в надежде разжечь пожар большого Майдана. М.Саакашвили заявил, что акция под парламентом будет продолжаться как минимум до 7 ноября. Упоминание этой даты очень символично. "Демоны 1917 года" не дают покоя и некоторым нынешним политикам. Значительная часть оппозиции ("Батькивщина", националисты, большая часть депутатов от "Самопомощи" и др.) в основном поддержали требования "акции 17 октября", но по разным причинам дистанцировались от "революционеров". Думаю, что в первую очередь это связано с тем, что популярные оппозиционные лидеры и умеренные оппозиционные политики не хотят становиться заложниками "революционеров", которых они не смогут контролировать. Кроме того, депутаты-еврооптимисты и лидеры общественных организаций, участвовавшие в акции 17 октября, почти наверняка получили от своих западных друзей настойчивые рекомендации не участвовать в сомнительных и контрпродуктивных политических авантюрах.

Почему "революционеры" не получили массовой поддержки киевлян и жителей других регионов? Предполагаю, что в первую очередь это связано с тотальным недоверием простых граждан к политикам вообще, и к радикальным лидерам протестной акции под парламентом, в частности. Во-вторых, как мне представляется, драматические события 2014 г. сформировали у абсолютного большинства наших сограждан сильный психологический комплекс – фобию на агрессивные политические конфликты, и, особенно, их непредсказуемые негативные последствия. Украинскому обывателю могут не нравиться Порошенко и Аваков, или нынешний парламент, но еще больше он опасается беспредельщиков в камуфляже. И неважно под какими партийными флагами они выступают. Если уж и менять власть, то лучше мирно и на выборах, а не через революции с непонятными последствиями.

В отличие от околопарламентской улицы в Верховной Раде по понятным причинам доминировала тема реформ. Главным событием прошедшей недели стало утверждение медицинской реформы. Для многих наблюдателей это стало определенной неожиданностью. Ведь уверенности в том, что парламентарии проголосуют за медицинскую реформу, не было. Все помнили проблемы ее прохождения на предыдущей парламентской сессии. К тому же эта реформа вызывала критику не только в оппозиции, но и в руководстве профильного комитета, и в президентской фракции. А тут еще и протестная акция под стенами парламента. И тем не менее, медицинская реформа была утверждена депутатами Верховной Рады. Почему все-таки удалось достичь результативного голосования при ее рассмотрении? Во-первых, на общий результат слаженно работали Президент, Премьер-министр и руководство фракций парламентской коалиции. Во-вторых, при рассмотрении медицинской реформы была проявлена гибкость и целый ряд поправок профильного комитета и отдельных депутатов были учтены. В-третьих, вновь эффективно был использован механизм ситуативного большинства. Помимо депутатов от коалиции медицинскую реформу поддержали фракция партии "Самопомощь" (здесь надо отдать должное лидеру фракции Олегу Березюку, который активно агитировал за эту реформу), а также большинство депутатов фракции Радикальной партии и депутатской группы "Воля народа". Парадоксальным образом помогла голосованию за медицинскую реформу и протестная акция под стенами парламента. Она способствовала мобилизации парламентской коалиции, а также более быстрому и результативному прохождению медицинской реформы через процедуру парламентского обсуждения. В отличие от судебной реформы, оппозиция в данном случае не затягивала и не срывала процесс рассмотрения соответствующих законопроектов. Ведь вслед за медицинской реформой должны были рассматривать законопроекты об отмене депутатской неприкосновенности, что являлось одним из требований "акции 17 октября".

В контексте медицинской реформы в роли главных персональных победителей выступили сразу несколько политиков. Прежде всего это Президент Порошенко и Премьер-министр Гройсман. Оба они многое поставили на эту реформу, активно ее поддерживали и продвигали. Через утверждение медицинской реформы Петру Порошенко удалось также подтвердить, что он контролирует парламентскую ситуацию и обеспечивает результативные голосования даже в остро конфликтных условиях. Владимир Гройсман в свою очередь сумел провести через парламент все три главные реформы (пенсионную, образовательную и медицинскую), которые правительство инициировало весной этого года, и потратило немало сил на их разработку и продвижение. Для главы Кабинета министров, который явно стремится выступать в роли реформатора, это значимый политический успех. В качестве третьего победителя выступает и.о. министра здравоохранения Ульяна Супрун. Ее команда разрабатывала медицинскую реформу. Теперь дальнейшая политическая судьба У.Супрун будет зависеть от успешности практической реализации этой реформы. Менее заметным, но реальным победителем в истории с медицинской реформой стал и зам. главы фракции БПП Сергей Березенко, который персонально отвечал за прохождение этой реформы через парламент. Судя по тому, как он бурно радовался итогам голосования в парламенте по медицинской реформе, он и сам не до конца верил в успех своей миссии.

В эпицентре внимания на прошедшей неделе были и требования политических реформ, заявленные организаторами "акции 17 октября": отмена депутатской неприкосновенности, реформа избирательной системы (проведение выборов в парламент на основе открытых партийных списков), законодательное утверждение антикоррупционных судов. Ситуация с выполнением этих требований выглядит неоднозначно и у каждого из них будет своя отдельная судьба. И дело не только в противоречиях интересов власти и оппозиции. Выяснилось, что далеко не всегда совпадают по отношению к политическим реформам и позиции различных оппозиционеров.

Вполне ожидаемо парламент поддержал включение в повестку дня своей седьмой сессии и направление в Конституционный суд двух законопроектов об отмене депутатской неприкосновенности. Здесь между Президентом Порошенко и организаторами "акции 17 октября" нет никаких принципиальных противоречий, есть лишь тактические расхождения. Петр Порошенко еще в начале 2015 г. предлагал отменить неприкосновенность и для депутатов парламента и для судей. Вообще стоит отметить, что со времен Леонида Кучмы все украинские президенты поддерживали отмену депутатской неприкосновенности. Однако Венецианская комиссия Совета Европы посоветовала не отменять, а ограничить правовой иммунитет депутатов и судей. По судьям это удалось сделать в рамках конституционных изменений по судебной реформе. По депутатам вопрос завис, но летом эта тема вновь стала актуальной (в связи с представлением Генпрокурора Ю.Луценко о лишении неприкосновенности сразу 7 народных депутатов). В своем Послании к Верховной Раде в сентябре текущего года Президент Порошенко предложил отменить депутатскую неприкосновенность, но для следующего созыва парламента (с 2020 г.). Эта идея была оформлена и в его законопроекте, зарегистрированном 17 октября 2017 года. Депутатский законопроект, зарегистрированный еще 17 июля текущего года, предполагал отмену депутатской неприкосновенности со следующего дня после опубликования текста закона. В остальном он идентичен президентскому законопроекту.

Отмена, а, точнее, ограничение депутатской неприкосновенности (за исключением юридической ответственности за результаты голосования и высказывания в парламенте та его органах) будет зависеть не столько от позиции Президента, сколько от поведения самих депутатов. 19 октября более 300 депутатов поддержали соответствующие законопроекты. Но будут ли они столь единодушны, когда на следующей парламентской сессии придется голосовать эти законопроекты во втором чтении, и когда для утверждения понадобится не менее 300 голосов. Есть риск, что часть депутатов "проголосует ногами", т.е. просто не придет на голосование этого вопроса. С учетом повышенной активности Генпрокуратуры и НАБУ часть депутатов скорее всего не захочет отказываться от своей юридической неприкосновенности. С этой точки зрения больше шансов на утверждение имеет законопроект Президента.

По антикоррупционным судам с высокой вероятностью будет некий компромиссный вариант с учетом недавних рекомендаций Венецианской комиссии. Очевидно, в том числе и по событиям прошедшей недели, что Президент Порошенко не будет выполнять ультиматумы оппозиционеров, но часть их предложений он наверняка учтет. Законопроект по антикоррупционным судам скорее всего будет проголосован, поскольку этого требуют и наши международные партнеры, но форсировать этот вопрос не будут. Замечу, кстати, что особой активности по этой теме не проявляют и многие парламентские оппозиционеры. Более того, в парламенте довольно много противников создания антикоррупционных судов, причем в самых разных депутатских фракциях и группах, в том числе и оппозиционных. Думаю, не стоит объяснять почему.

Сложнее всего будет с выполнением требования по изменению избирательной системы, что собственно подтвердилось и голосованием по соответствующим законопроектам. Проблема первая – вроде бы многие за открытые партийные списки, но понимают их по-разному. На голосование депутатов были вынесены три разных варианта новой избирательной системы. Законопроект Юрия Мирошниченко фактически предлагал закрытые партийные списки, с возможностью участия в выборах избирательных блоков, и снижение избирательного барьера до 1%. Законопроект "Батькивщины" сохранял механизмы контроля партийного руководства над изменением партийного списка и формированием состава избранных депутатов. Наиболее близок к классическим принципам избирательной системы с открытыми партийными списками (т.е. с возможностью голосования и за партийный список и за конкретного кандидата в региональном партийном списке) был законопроект N1068-2 группы народных депутатов (В.Чумак, Н.Агафонова, Н.Новак, П.Ризаненко, Л.Емец). В авторский коллектив этого законопроекта также входят представители общественных организаций – Ю.Ключковский, Н.Богашева и Е.Радченко. В итоге ни один из трех представленных законопроектов не был утвержден за основу, хотя законопроект N1068-2 получил наибольшую поддержку.

Проблема вторая – нежелание депутатов-мажоритарщиков, которые составляют половину депутатского корпуса, и, отчасти, ряда крупных парламентских партий, отказываться от нынешней избирательной системы, при которой одна половина депутатов избирается по закрытым партийным спискам, а другая половина – в территориальных мажоритарных округах.

Сложившаяся ситуация представляется почти тупиковой, но, все-таки, не безнадежной. Председатель Верховной Рады А.Парубий предложил на следующей пленарной неделе рассмотреть в первом чтении два проекта Избирательного кодекса, которые также предполагают изменение избирательной системы для парламентских выборов. Возможна также разработка новых законопроектов, предполагающих проведение парламентских выборов на основе открытых партийных списков. Но чтобы выйти на результативное голосование необходимо найти действенный компромисс с мажоритарщиками. Предметом компромисса может быть уровень избирательного барьера (2-3%), а также возможность избрания в парламент беспартийных кандидатов (вне партийных списков, по условному списку беспартийных кандидатов). Необходима также целенаправленная работа с влиятельными мажоритарщиками из партийных фракций, а также с лидерами двух депутатских групп ("Возрождение" и "Воля народа"), которые состоят из мажоритарщиков, но могут участвовать в парламентских выборах и через политические партии. Партии "Возрождение" (связана с одноименной депутатской группой в парламенте) и "Наш край" (имеет несколько депутатов в Верховной Раде, в том числе в группе "Воля народа") при системе многомандатных территориальных округов (а именно такая система предполагается законопроектом N1068-2) вполне могут преодолеть избирательный барьер в 2% и даже в 3%. Но с депутатами этих партий, а также с депутатами-мажоритарщиками из партийных фракций, надо договариваться, объясняя им "на пальцах" возможность избрания в парламент при системе открытых региональных списков партий, а не давить на них агрессивной уличной толпой.

Законопроект N1068-2 представляется вполне оптимальной формой модернизации избирательной системы на парламентских выборах. Но от чего бы я предостерег сторонников открытых партийных списков, так это от иллюзий, что новая избирательная система приведет к революционному обновлению состава парламента и политической элиты в целом. Полагаю, что этого не произойдет и вот почему. В больших многомандатных округах преимущество будут иметь богатые кандидаты (от партий, популярных в соответствующих территориальных округах), имеющие средства на раскрутку своей кандидатуры, а также известные личности (политики, общественно-политические деятели, популярные телеперсоны и прочие "celebrities"). Активным, но малоизвестным общественным деятелям при такой избирательной системе будет гораздо сложнее прорваться в парламент, чем в 2014 г., когда была мода на включение общественных активистов в закрытые партийные списки. Вряд ли исчезнет и политическая коррупция. Потребность в партийных избирательных фондах сохранится. И богатые кандидаты будут платить в кассу партии за право выдвижения в своем регионе или в округе с высокими рейтингами данной партии. Поэтому не стоит формировать у наших граждан нереалистичные политические ожидания. Лучше озаботиться законодательным ограничением политической рекламы, а тем самым и манипулятивных инструментов влияния на выбор избирателей.

Путь реформ не гарантирует быстрого и яркого результата. И реформы по-украински с эклектичной мешаниной партийных и бизнесовых интересов, а также с сильным влиянием международных партнерских институций, воспринимаются очень неоднозначно. Но международный опыт показывает, что наиболее благополучные страны мира добивались успеха именно путем реформ, а не через постоянные политические революции.

Уряд реформ285 Україна та Європа879 Корупція1041 Річниця Майдану72 Рада 2014103
АВТОРИЗАЦІЯ І ВХІД ДЛЯ АВТОРІВ


УвійтиСкасувати
Якщо ви новий читач, будь ласка, зареєструйтесь
Забули пароль?
Ви можете увійти під своїм акаунтом у соціальних мережах:
Facebook   Twitter