Репетиция ревальвации

Нещодавно один з дописувачів спитав мене, чому я не пишу статей з питань грошово-кредитної політики, хоча саме ця сфера відноситься до моїх професійних знань і саме оглядом цих питань я займався у якості консультанта уряду. Це дійсно так. З різних причин я давав якісь інтерв'ю представникам ЗМІ, але статей не писав. Але у ось у липневому номері щомісячного журналу українського істеблішменту "Мысль" вийшла моя стаття, яка присвячена грошово-кредитній та курсовій політиці Уряду і Національного банку (http://www.idea-magazine.com.ua/archive/10552/outsourcing/10574.html).

Зі згоди редакції журналу "Мысль", я розміщую її в "УП".

P.S.

Стаття написана для читачів журналу, які непогано розбираються у питаннях економічної політики і грошово-кредитних відносин, тому деякі тези даються без зайвих роз'яснень – фахівцям вони і так зрозумілі.

У разі якщо деякі тези статті будуть потребуватимуть пояснень, то звертайтесь з питаннями, спробую на них відповісти.

РЕПЕТИЦИЯ РЕВАЛЬВАЦИИ

Начну, пожалуй, с вопроса о курсовой политике. Чуть ли не прописной истинной считается, что курс национальной валюты по отношению к другим валютам должен быть всегда немного передевальвирован. Главным достоинством такого заниженного валютного курса является получение дополнительного конкурентного преимущества национальных производителей на внутреннем рынке. Импортные товары на внутреннем рынке становятся менее конкурентоспособными, а экспортеры выигрывают, получая более низкую себестоимость труда и выручку в более дорогой валюте.

Правда, заниженный валютный курс – лишь один и далеко не самый важный фактор в конкурентной борьбе на внутреннем и внешнем рынках. Куда более значимыми являются фискальная, регуляторная, бюджетная, денежно-кредитная политика правительства и центрального банка.

Доказательством может служить ситуация с валютной парой евро-доллар. Так, несмотря на очевидно завышенный курс евро к доллару, локомотив европейской экономики – Германия – в последние годы показывает очень неплохой рост объемов экспорта продукции на рынки за пределами стран Евросоюза. Да и в целом экономика Германии вполне адаптировалась к такому соотношению курса, несмотря на все кряхтения и ворчания немецкого бизнеса.

КРИТЕРИИ "ЗАНИЖЕННОСТИ" КУРСА

Следует также упомянуть, что в дискуссии о необходимости поддерживать постоянно заниженный курс национальной валюты важно не упустить сам смысл понятия "заниженный курс национальной валюты". Хорошо, "заниженный", но какие критерии? Ведь здесь не используются номинальные значения соотношения курса одной валюты к другой, ибо тогда, например, курс гривни по отношению к иене можно было бы считать чрезмерно завышенным. Все мы осознаем, что для определения соотношения курсов одних валют по отношению к другим используется так называемый паритет покупательной способности (ППС). Расчеты ППС каждый год проводит Международный валютный фонд. Он оценивает ВВП каждой страны в двух измерениях: в текущих ценах на основе официального валютного курса и на основе ППС, базой которого являются не национальные, а среднестатистические мировые цены стандартного набора товаров и услуг – потребительской корзины. В итоге через ППС формируется общая основа, которая используется для сравнения экономических потенциалов разных стран.

Я далек от мысли, что упоминаемый в прессе курс 2,8-3,3 грн. к доллару или даже 2,22 (по расчетам МВФ, исходя из данных 2007 года), пересчитанный по ППС, реален. Международные да и наши эксперты не учитывают нерыночный характер весьма существенной доли украинского народного хозяйства, в котором практикуются перекрестное субсидирование и недофинансирование, а попросту говоря, проедание основного капитала, созданного в предыдущие периоды.

Это, прежде всего, относится к коммунальному хозяйству, поставкам газа и электричества, железнодорожному и общественному транспорту, к отдельным видам продовольственных товаров. Такое субсидирование и недофинансирование, в свою очередь, приводит к завышению реальной покупательной способности гривни.

ПОСЛЕДСТВИЯ РЕВАЛЬВАЦИИ ПРЕУВЕЛИЧЕНЫ

Впрочем, укрепление на 4-5% курса гривни к доллару и косвенно к евро не критично для украинских экспортеров и производителей, работающих на внутренний рынок. Для наших экспортеров, в основном изготовляющих продукцию с низким уровнем переработки, более важна мировая конъюнктура, а для фирм, выпускающих товары для внутреннего рынка, куда значимее проблемы доступа к ссудам, потоки "серого" и "черного" импорта, вопросы регуляторной политики.

Нельзя не упомянуть и то, что слишком заниженный курс, положительно повлиявший на выход украинской экономики из кризиса 1990-х годов, с определенного этапа стал оказывать все более негативное влияние на развитие страны. Причин этого несколько, и на них уже неоднократно указывали украинские и международные эксперты.

Во-первых, заниженный курс позволяет экспортерам получать более высокую норму прибыли, нежели тем, кто производит продукцию для внутреннего рынка. В свою очередь это ведет к несправедливому распределению производимого национального дохода – как в отраслевом, так и региональном аспектах. Не удивительно, что экспортеры готовы активно лоббировать сохранение такой ситуации как можно дольше.

Во-вторых, у экспортеров, получающих сверхприбыль от заниженного курса национальной валюты, меньше стимулов к повышению производительности производства и технического перевооружения. Вместо этого экспортеры тратят прибыль на скупку госпредприятий или зарубежных активов.

В-третьих, заниженный курс понижает стоимость рабочей силы. Это весьма существенно отражается на внутреннем рынке труда, на котором все больше ощущается дефицит рабочей силы.

В-четвертых, заниженный курс национальной валюты не позволяет предприятиям, работающим на внутренний рынок, обновлять основные фонды так быстро, как того требует нарастающая конкуренция в связи со вступлением Украины в ВТО. Как известно, сильная экономика – это экономика, ориентированная, прежде всего, на внутренний рынок. Мы же имеем растущую долю зависимости от экспорта нашего ВВП на протяжении всех 2000-х годов.

В ПОИСКАХ "КУРСОВОЙ ПОЛИТИКИ"

Означает ли все это, что курсовая политика Национального банка в 2007-2008 годах была ошибочной? Отнюдь, ведь дело не только в самом факте отсутствия прогнозируемости действий НБУ, но и в той курсовой и денежно-кредитной политике, которую проводили и проводят регулятор и Кабмин.

Анализируя курсовую политику Нацбанка, многие эксперты проводят параллели между событиями марта 2005-го и апреля 2008-го. Хотя, как мне кажется, причинно-следственная связь этих двух ревальваций различна.

Да, объективным фактором укрепление гривни является заниженный курс национальной валюты. Однако если в 2005 году НБУ столкнулся с очевидной атакой международных и национальных финансовых спекулянтов, игравших на укрепление гривни и неожиданная ревальвация погасила их атаки, то в 2008-м мы уже видим действия Нацбанка и правительства, которые не могли не привести к резкому укреплению гривни. Для борьбы с инфляцией Нацбанк и Кабмин сделали ряд шагов по существенному сокращению денежной ликвидности на финансовом рынке. В свою очередь это вынудило банки и субъекты хозяйственной деятельности увеличить продажу долларов на межбанковском валютном рынке, оказывая повышающее влияние на укрепление курса гривни. Борясь с излишней ликвидностью, НБУ скупал евро и фунты, но прекратил выкуп излишнего предложения долларов. Все это происходило на фоне непрекращающихся заявлений из зданий на улицах Институтской и Грушевского о заниженном курсе гривни. Чиновники говорили о необходимости повысить курс национальной валюты для борьбы с инфляцией. Столь "грамотные" действия неминуемо вели к обвалу курса доллара.

КОНТЕКСТ ДЕНЕЖНО-КРЕДИТНОЙ ПОЛИТИКИ

Не могу также не коснуться денежно-кредитной политики Нацбанка и правительства в 2007-2008 годах. Из экономической теории известно, что основными ее целями является обеспечение ценовой стабильности национальной валюты и поддержание денежного предложения в объеме, достаточном для осуществления текущей хозяйственной деятельности экономическими субъектами. Понимание наличия второй цели важно для осознания взаимосвязи действий центрального банка и экономической политики, которую проводит правительство.

Именно Кабмин должен задавать тон в вопросе, какие процессы в деятельности субъектов экономики он поддерживает, а какие пытается ограничить. Увы, наше правительство, вне зависимости от имени премьера, похоже, вообще не задается подобными вопросами.

А их много. Можно ли считать нормальным тот огромный рост потребительских и ипотечных кредитов в последние три года? Как следует относиться к автомобильному буму, подогреваемому кредитными предложениями? Каково мнение Кабмина по поводу фактически паралича ипотечного рынка, вызванного ограничениями Нацбанка, который обеспокоился несоответствием сроков этих ссуд и их ресурсного покрытия? Как правительство относится к резкому ограничению доступности долгосрочных займов для бизнеса, необходимых ему для обновления основных фондов? Обсуждает ли Кабмин с Нацбанком эти вопросы, неясно.

КРЕДИТНЫЙ БУМ, ПОДОРВАВШИЙ ПЛАТЕЖНЫЙ БАЛАНС

Анализируя данные Нацбанка, нельзя не задаться вопросом, ведают ли правительство и Нацбанк, что они творят. Так, по данным НБУ, объем кредитных вложений по итогам 2005 года увеличился на 61,9%, до 143,4 млрд. грн., до конца 2006-го – на 71%, до 245,3 млрд. грн. В 2007-м этот показатель вырос на 74,1%, до 426,9 млрд. грн., а в 2008-м (январь-май) – на 17%, до 499,6 млрд. грн. В том числе сумма займов физлицам в 2005 году повысилась на 126,4%, до 33,5 млрд. грн., в 2006-м – на 134,2%, до 78,5 млрд. грн., в 2007-м – на 97,8%, до 160 млрд. грн. и в 2008-м (январь-май) – на 20,6%, до 187,5 млрд. грн. Ограничение объемов кредитования физлиц произошло лишь в мае 2008 года, когда прирост составил 0,7%.

В кредитной задолженности физических лиц на конец 2007 года 110 млрд. грн. – это потребительские займы, в том числе на приобретение легковых автомобилей. Кроме того, часть ипотечных ссуд в конечном итоге ушла на потребительские цели – деньги за проданные земельные наделы крестьяне использовали не только и не столько на накопление, сколько на текущее потребление. Попытки Нацбанка в 2008 году ограничить рост кредитования привели к тому, что банки стали наращивать объем потребительских займов, которые приносят им более существенные прибыли – по крайней мере, до тех пор, пока не случится резкого роста объемов просроченной задолженности по этим необеспеченным кредитам со стороны физических лиц.

Что же в итоге получила экономика страны? Скачкообразный рост потребительского импорта, резкое ухудшение торгового баланса страны, рост валового внешнего долга, повышение инфляции, паралич жилищного строительства, в котором вся добавленная стоимость создается в Украине. Любопытно, что именно этого добивались правительство и Нацбанк.

Нацбанк и правительство не отрицают факт взаимосвязи роста отрицательного сальдо торгового баланса с потребительским кредитованием, но и предпринимать жесткие шаги по преодолению этого потребления, не произведенного "у нас", особенно не желают.

По данным Госкомстата, в 2006 году отрицательное сальдо торговли товарами составило около 6,7 млрд. долл., в 2007-м – 11,4 млрд. долл. (по данным НБУ, отрицательное сальдо составляет 10,6 млрд. долл.). Уже за первые четыре месяца нынешнего года этот показатель достиг 7,4 млрд. долл.

При этом в 2006-м, по данным Госкомстата, общий объем импорта наземных транспортных средств составил 4,9 млрд. долл. (у НБУ эта цифра в два раза ниже: 2,2 млрд. долл.), а электрических машин и оборудования – на 2,7 млрд. долл. Сюда входят машины, различное оборудование, устройства для записи и воспроизведения изображения и звука.

В 2007 году данные показатели составили соответственно 7,8 млрд. долл. и 3,1 млрд. долл. В 2008-м (январь-апрель) – 3,7 млрд. долл. и 1,1 млрд. долл. Если сравнить размер кредитования физлиц, отрицательного сальдо торгового баланса и эти две позиции импорта, то правильные выводы сделать будет несложно.

Все было бы не так страшно, если бы не ухудшающаяся ситуация на международных финансовых рынках и перманентный политический кризис в Украине, которые ухудшают возможности привлечения долгосрочных инвестиций и кредитов. В 2007 году при отрицательном балансе торговли товарами и услугами прирост чистых поступлений финансовых ресурсов по финансовому счету составил 15,4 млрд. долл. Это не только компенсировало дефицит текущего счета, но и позволило увеличить резервные активы до 32,5 млрд. грн. Сегодня же, по итогам первого квартала 2008 года, мы сталкиваемся с ситуацией, когда прирост чистых финансовых поступлений (3,4 млрд. долл.) оказался недостаточным для покрытия дефицита текущего счета внешнеторгового баланса, что привело к уменьшению резервных активов Нацбанка на 319 млн. долл.

КОГДА ВСЕ ВЕРНЕТСЯ?

Какой из этого напрашивается вывод? Украина уже к концу осени 2008 года может оказаться перед серьезной угрозой резкого ухудшения платежного баланса, и, как следствие – резкого спроса на иностранную валюту. Это, в свою очередь, может повлечь дальнейшее раскачивание и резкое снижение курса гривни по отношению к доллару США и евро.

Управление экономикой государства во многом схоже с управлением предприятием. Менеджер, который сталкивается с проблемой резкого сокращения текущей ликвидности, либо ищет дополнительный капитал, резко сокращая все некритичные затраты, либо распродает активы компании. Причем чем жестче ощущается нехватка денег, тем быстрее придется распродавать активы по заниженной стоимости. Перед такой же дилеммой оказывается и государственный менеджер. Он должен то ли содействовать привлечению дополнительных капиталов в страну и сокращению всех некритичных трат, то ли распродавать по дешевке национальные активы. В нашем случае – снижать курс национальной валюты, который и так занижен. В этом случае все те негативы заниженного курса гривни, о которых упоминалось выше, только усугубятся, так как они будут отражать непредсказуемость деятельности правительства и НБУ и станут фактором дополнительной нестабильности ведения бизнеса в Украине.

Кстати, недавно от одного из руководителей Нацбанка я услышал поразившее меня замечание: давайте, мол, "политику" мы оставим правительству, а денежно-кредитные отношения пусть регулирует Нацбанк. После таких слов вряд ли должны возникать вопросы, связанные с уровнем инфляции и непредсказуемостью действий правительства и НБУ. Очевидно, что без тесного взаимодействия этих главных регуляторов рассчитывать на преодоление инфляции и проведение вразумительной экономической политики не приходится. Если Нацбанк для борьбы с инфляцией будет ограничивать денежное предложение, затрудняя и удорожая доступ хозяйствующих субъектов к кредитам, а правительство станет увеличивать объем социальных трансфертов, снижая затраты на инвестиционные цели, то в ближайший год нам следует ждать резкого снижения уровня деловой активности и чрезвычайно высокого уровня инфляции.