28 квітня 2021, 18:41

Сильная и слабая Россия. Слабая и сильная Украина. Кто поймет разницу – тот и выиграет

Вижу, продолжается обсуждение встречи Владимир Зеленского и Владимира Путина, которая с вероятностью в 99% не состоится. Ни на оккупированной части Донбасса, ни в Москве, ни на территории третьей страны.

Но обсуждение идёт вовсю. Вот уже Зеленский предложил Ватикан в качестве места. Хотя, уверена, этот обмен "приглашениями" изначально не предполагал и не предполагает никакой двусторонней встречи.

Цель всех этих обсуждений "подготовки" встречи – внутриполитический пиар (для граждан внутри страны) и дипломатический пиар (для демонстрации мировым субьектам своей позиции). Причём, с обеих сторон. Демонстрация несовместимых повесток накануне разных саммитов в июне. Чтобы казаться убедительным внутри страны (для своего избирателя) и в мире (для тех, от кого зависят решения по линии Украина-Россия).

Так, Украина обозначила свою позицию – приглашая Путина на оккупированную часть Донбасса, публично продемонстрировать таким образом, что стороной войны является РФ (как будто, сегодня в мире кто-то в этом сомневается). Россия обозначила свою позицию – прикинувшись в очередной раз "шлангом", что, мол, решайте проблему Донбасса с "ЛДНР", а в Москве можно обсуждать общие вопросы российско-украинских отношений.

То есть, разговоры о встрече – это такая риторика, с двух сторон, фиксирующая разнополюсные позиции. Как говорится, разногласия относительно средств достижения цели – это зачастую разногласия относительно самой цели.

Только, мне кажется, что все в мире уже в курсе всех этих повесток. И вполне достаточно одного раза (без захода на второй и третий круг), чтобы продемонстрировать свою позицию. Иначе – можно дойти и до абсурда.

Но даже если теоретически и представить минимальную возможность такой встречи, то возникает вопрос: к чему она может привести, если изначально в отношении тем для обсуждения у сторон нет общего подхода?

В таком случае, может, куда полезнее и эффективнее работать над конкретными предложениями – и внутри Украины, и в контексте возможного обсуждения Украины на разных международных площадках (Россия, уверена, именно к этому готовится, а не к встрече с Зеленским). А таких площадок в ближайшей перспективе будет несколько. Как известно, на 11-13 июня запланирован саммит G7 в британском Корнуолле. 14 июня состоится саммит НАТО в Брюсселе и отдельно саммит США-ЕС там же. Кроме того, уже анонсирована на июнь встреча Джозеф Байден-Владимир Путин. Да и, если не ошибаюсь, предварительно звучала информация о возможном визите в Киев в мае госсекретаря США Энтони Блинкена.

Тем более что в реальности Россия, скорее всего, и дальше будет заниматься военным шантажем, делая ставку на ослабление Украины (причем, необязательно в привязке к теме Донбасса), и, возможно, выторговывая по ходу преференции в чем-то у Запада. Мы же пока активно коммуницируем с США и ЕС (понимая, что санкции в отношении РФ будут только нарастать), но этого мало. Необходимо чёткое понимание, а за ним и действия, относительно того, что такое сильная и неуязвимая Украина изнутри.

Если в РФ уже давно потеряли разницу между сильной и слабой Россией, и пропаганда силовой компоненты все больше вытесняет все другие формы внутренней и внешней политики, то Украина не может себе этого позволить.

Если в России, порой, в публичных дискуссиях доходит до постановки вопроса, каким агрессором выгоднее быть – провалившимся или успешным, то Украине недостаточно того, чтобы определяться лишь в том, какой жертвой нам быть.

В этом смысле, сильная и слабая Россия, с точки зрения конфликтов на постсоветском пространстве – симметричны. Сильная Росссия (пользуясь советским геополитическим наследством, слабой государственностью остальных республик бывшего СССР, а также понимая позицию Европы и США относительно признания регионального лидерства РФ на постсоветском пространстве) вместо созидания и развития взаимовыгодных проектов создавала/участвовала в замороженных конфликтах. Слабая Россия, которая не воспользовалась периодом высоких цен на нефть для построения реальной экономики, не создала ни одного реально действующего проекта на постсоветском пространстве, продолжает создавать новые военные конфликты на постсовестком пространстве.

Но слабая и сильная Украина не могут быть симметричными. И, кроме пиара, надо заниматься реальными проблемами – как усилением институций, так и коммуникацией внутри страны.

Я вообще не понимаю, почему на восьмом году войны в Украине до сих пор разные политические силы ведут дискуссии относительно того, кто виноват внутри страны в аннексии Крыма и военной агрессии на Донбассе. Такой тип дискуссии либо идёт в русле российской информационной повестки, либо демонстрирует зависимость темы войны и мира от внутриполитической конкуренции и конъюнктуры. Куда целесообразнее было бы предельно детально проанализировать составляющие российской агрессии – не только и даже не столько в военной сфере, сколько в других (информационной, например). Составляющих много – от активно задействованной технологии слухов до дегуманизации Украины в глазах собственных граждан Донбасса (формула "российские военные за спинами женщин и детей"). Важно проанализировать уязвимые места и сферы, которые сделали возможной оккупацию части наших территорий – на уровне не столько личностей, сколько проблем и процессов. И дальше – переходить к единству внутри страны, при котором внешняя агрессия в принципе утратила бы актуальность для субьекта агрессии. Ведь если военный взлом нельзя перевести в политическую или геополитическую победу, то теряется и смысл самой войны для ее инициатора.

Уже сегодня понятно, что одной только позиции, с которой Украина может выходить на международные площадки – позиции жертвы агрессии – недостаточно. В первые годы войны Украине было очень важно убедить весь мир в том, что в у нас не "гражданская война", что и было сделано. Весь мир сегодня это понимает. По большему счёту, российская пропаганда, рассчитанная с начала 2014 года (говорю это как человек, который знаком с российскими эфирами) на аудиторию разных стран – не только России и Украины, но и граждан постсоветского пространства в целом и русскоязычных граждан стран ЕС – постепенно стала сужаться, и свелась исключительно к российской аудитории. И украинской власти за последние годы надо было уделять внимание не подходу "какая разница" и поиску внутри Украины тех, "кто сдал Крым", а объединению граждан и проведению реформ.

Чем сильнее внутри и интереснее вовне будет Украина – тем быстрее война на Донбассе перестанет быть предметом шантажа со стороны России.

powered by lun.ua

Бег на месте

Все чаще задаюсь вопросом: чем вообще занимаются украинские элиты? И власть, и оппозиция. Украинцы и так достаточно украиноцентричны, и зачастую им вообще неинтересны процессы и логика событий за пределами страны...

Древняя украинская максима "Бумеранг улетел, но обещал вернуться" в контексте политики

Первое, о чем должен думать любой политик – это то, что он во власти не навсегда. А поскольку государство – это в том числе политические традиции и культура, то любая практика, применяемая одним политиком, впоследствии может быть применена и в отношении и него самого...

Древняя украинская максима "Бумеранг улетел, но обещал вернуться" в контексте политики

Первое, о чем должен думать любой политик – это то, что он во власти не навсегда. А поскольку государство – это в том числе политические традиции и культура, то любая практика, применяемая одним политиком, впоследствии может быть применена и в отношении и него самого...

Когда власть использует государство как политтехнологию

У любой власти всегда есть публичная и непубличная сторона. Формальная риторика, с которой она идет на выборы (для массового потребителя), и не озвученная цель прихода, понятная при этом всем элитам...

О ситуации вокруг СП-2 после завершения строительства

Агенство Bloomberg на днях написало о том, что США и Германия готовят соглашение, касающееся ситуации с "Северным потоком-2". Это соглашение (как следует из текста) о том, как предотвратить возможное злоупотребление Россией этим проектом в гео/политических целях...

Коротко об итогах саммита Байден-Путин

1. Все прогнозировано – и темы, и возможные результаты, которые есть в очень отдельных сферах. В этом смысле, саммит действительно несколько внешне скучный (как его характеризовали многие западные СМИ)...