2 липня 2021, 15:24

Когда власть использует государство как политтехнологию

У любой власти всегда есть публичная и непубличная сторона. Формальная риторика, с которой она идет на выборы (для массового потребителя), и не озвученная цель прихода, понятная при этом всем элитам. То есть, реальные задачи, которые ставит тот или иной глава государства.

К примеру, роль Леонида Кравчука как президента определилась процессом обретения юридической независимости Украины.

Первый президентский срок Леонида Кучмы – это становление базовых институтов и атрибутов государства (граница, армия, национальная валюта и т.д.). Хотя второй срок Кучмы стал олицетворением периода консервации в украинской политике сложившихся институциональных форм и политических и бизнесэлит.

Задача Виктора Ющенко как президента – это вторая, после 90-х, демократизация.

Перед Виктором Януковичем стояла задача экономического развития (в гумманитарной сфере от него никто ничего не ждал).

Задача Петра Порошенко – сохранение Украинской государственности в условиях внешней агрессии и старт внутренних преобразований.

Кто как справился – это предмет отдельного текста. У каждого были плюсы и минусы (выпадет из списка только Янукович, который, в итоге, выбрал другую страну). Но задачи прямо на старте президентства были точно понятны у всех президентов.

Владимир Зеленский, спустя два года президентства, так и не сформулировал внятных целей. Довольно быстро стало понятно, что обещания, которые были озвучены в период избирательной кампании, не имеют никакого отношения к реалиям. Но настоящие задачи (понятные и для элит, и для граждан) так и не появились.

Задача Зеленского, как я ее вижу применительно не столько к фамилии, сколько к шестому президенту – это модернизация Украины, проведение хотя бы одной-двух базовых реформ (судебной и реформы управления), завершение реформы децентрализации и поддержка Украины на почве этих трансформаций Западом (в том числе на уровне продвиждения евроатлантической интеграции Украины). Переход от жертвы агрессии – к стране, понимающей свои сильные стороны.

Но вместо четкости и понятности, мы опять видим какой-то странный подход. С одной стороны, власть начала "просыпаться" и понимать, что надо что-то делать. Вот приняли, наконец, закон в развитие судебной реформы (что, безусловно, хорошо, но не прошло и два года). А с другой стороны, это все равно продолжение "сна", такое себе "хождение во сне".

Во внешней политике – обвинительный тон. Хотя обвинять и требовать что-то от кого-то можно только тогда, когда для начала ты сам все сделал.

Во внутренней политике – из крайности в крайность. Это как из детства в старость, минуя зрелость.

Уже не первый раз слышу от Зеленского, что он постарел. Вначале на пресс-конференции, когда прозвучал вопрос о разочаровании граждан в тренде "новые лица". Затем, во время интервью "1+1", когда был задан типа "обидный вопрос" отцу Владимира Зеленского о том, что его сын постарел, а Зеленский сказал, что ничего обидного в этом вопросе нет, и что он таки постарел.

К чему этот крен от молодости в политике сразу к старости, минуя зрелость? Чтобы оправдать инициативы, характерные для политических систем персоналистского типа, где лидеры десятилетиями находятся при власти – высадка миллиарда деревьев, президентский университет, например? Или – абсурдные инициатива, типа, марширующих женщин-военных на параде в День независимости?

В итоге, даже если у власти и есть правильные и нужные стране решения, доминирует впечатление, что все или как пиар, или как политтехнология.

Взять хотя бы тот же законопроект о статусе олигархов, проголосованный в первом чтении. Закон не решает проблемы того, что источником коррупции является слабость самого государства, его институций. Понятно, что олигархи в отсутствии правил и регуляций (и отсюда – возможности злоупотреблять) хотели бы вообще ничего не платить государству. Ну, так, может, надо создавать правила и обеспечивать их выполнение, вместо того, чтобы идти путем ложного понимания причинно-следственных связей? Если устранить причины, то и следствия сами по себе исчезнут. Работающий Антимонопольный комитет, закон о лоббизме, прозрачность финансирования политических партий (хочется узнать, внесла ли партия "Слуга народа" в отчёт расходы за опрос, проведенный во время местных выборах?), изменения в части политической рекламы, работа НАЗК в части анализа деклараций. И у вас уже будет эффект, без странного законопроекта, цель которого все что угодно, кроме решения проблемы олигархов.

Или – сложный вопрос с Донбассом, где власти по-прежнему не хватает смелости обсуждать открыто эту тему с обществом. Вначале – вопрос сознательно упрощался, мол, мы идем к миру и т. д. Теперь, когда стало понятно, что ни к какому миру мы не идем, потому что Россия не собирается оттуда уходить, а Украина не согласится на шантажистские условия РФ, вместо обсуждения ситуации без приукрашиваний возникло слово "стена" (предполагаю – по неосторожности). То есть, опять из крайности в крайность. Притом, что большинство граждан, думаю, понимают, что замораживание на сегодня – наиболее вероятный сценарий. Де-факто, у нас сейчас и есть замороженный конфликт, на политическом уровне. Ну, так надо так и говорить, и обсуждать условия замораживания. Вместо этого звучит слово "стена" и референдум, что закономерно вызывает критику со всех сторон.

Отдельно – тема пленок, которая как практика стала массово использоваться с самого начала президентства Зеленского: то слушают премьера, то пятого президента, то ещё кого-то. Это ненормально. Неужели инициаторы опубличивания разных пленок не понимают, что такой подход в большей степени дискредитирует само государство, а не фигурантов пленок? Особенно если это касается президентов (а я против публикования разговоров с участием представителей и действующей власти, и предыдущей власти). Ведь если пленки разговоров записывали украинские службы, а потом, после смены власти, кто-то решил их опубличить в политических целях, то это и есть использование государственных институций в борьбе с политическими оппонентами. То есть, политтехнология. А когда власть использует государство как политтехнологию, то из этого априори не получается ничего хорошего. Если же эти пленки писались не в Украине, то тем более – получается, что государство становится жертвой политтехнологии извне.

Хочется зрелости власти, а не детства и старости. Мир меняется на наших глазах. Вызовов и сфер противостояния становится больше. Позиция же просто жертвы и акцентирования исключительно на внешних угрозах без внутренних преобразований – это ниша ограниченная. Нужны внутренние трансформации. Внешняя поддержка будет прямо пропорциональна нашим внутренним преобразованиям.

powered by lun.ua

Итоги выборов в Госдуму. Что важно для Украины

1. Эти выборы – более жёсткие, по сравнению с предыдущими, ещё на стадии подготовки. Задолго до выборов на законодательном уровне были предприняты шаги, позволяющие предопределять и влиять по ходу на результат выборов...

Как Украине обрести свою внутреннюю силу, не став слабее

Публичная реакция на тему "кириллица-латиница" – это, на мой взгляд, продолжение/проявление куда более значимой дискуссии в отношении методов...

Какая Россия могла бы устроить Украину

В России постоянно говорят о том, какой не должна быть Украина (то язык, то церьковь, то куда интегрироваться-не интегрироваться, то какие законы надо принимать-не принимать и тд)...

О субъектности

"Чистый объект является суверенным, потому что он то, обо что разбирается суверенитет другого, и тот попадает в свою собственную ловушку. Кристалл мстит...

О причинах ''псевдорусской весны'' за пределами РФ

Сергей Лавров, типа, поиронизировал, что "Украина приватизировала День Крещения Киевской Руси" (в ответ на инициативу Владимира Зеленского учредить 28 июля праздник Украинской государственности)...

Беларусь. Тёмные времена

После понудительной посадки в конце мая самолёта в Минске и ареста Романа Протасевича, можно констатировать новый этап в действиях Александра Лукашенко – перенос преследований внутри страны на международную площадку...