10 квітня 2013, 10:33

Освобождение Луценко: что это было? И что будет?

Освобождение Юрия Луценко из неволи стало удивительной новостью для всей Украины и не только. Ну, разве что не для Януковича, Лутковской и чиновников из Комиссии по помилованию. А вот почему это случилось – четкого ответа по сей день нет. Наиболее наивные верят в чувство христианского всепрощения, которое теплится в душе Президента, другие твердят о стремлении власти выторговать у Европы столь необходимое соглашение об ассоциации Украины с ЕС, третьи... Автор терпеливо выслушал всех и сделал собственные выводы.

Первое, что удивило: как Янукович мог решиться помиловать осужденного без его личного прошения? А Луценко, заметим, за решеткой проявил себя много лучше, чем в кресле министра. И как сказал, что виновным себя не считает и о помиловании не попросит – так и сделал. Ах да, на защиту политического невольника со всей принципиальностью выступила омбудсмен Лутковская: ну, типа "человек страдает физически, ему бы подлечиться в домашних условиях, то да се..." Для госпожи обмудсмена спешим напомнить: на тюремных "больничках" томятся тысячи осужденных в куда более тяжелом состоянии, нежели Луценко: СПИД, туберкулез и прочие тяжкие недуги в последней стадии, не оставляющие шансов на выздоровление, почему-то не стали основанием для ходатайств омбудсмена и для помилования. Почему бы госпоже Лутковской не вставить в свое персональное обращение к Президенту по поводу Луценко пару фамилий этих доходяг – просто для приличия?

Помимо этого, не взирая на радость за Юрия Луценко, переполняющую душу автора, вкралось нехорошее подозрение, что господин Президент в данном конкретном случае превысил свои полномочия. Ибо изучение текста Указа Президента "Про положение про порядок осуществления помилования" от 16 сентября 2010 года навело на мысль, что в данном случае процедура была нарушена.

В соответствие с п.3 Указа право ходатайствовать перед Президентом о помиловании имеет лишь осужденный. А коль так – помилование Луценко не легитимно и его в любой момент могут снова загнать на нары: достаточно какому-то ревнителю законности опротестовать решение Президента. Мы поинтересовались мнением людей мудрых и всезнающих. Их позиции диаметрально разделились.

Так, глава Харьковской правозащитной группы Евгений Захаров, чью кандидатуру дважды выдвигали на пост омбудсмена, считает, что процедура помилования – это образно говоря "внутриведомственный документ", когда Президент устанавливает правила, по которым должны действовать его подчиненные. Но право миловать делегировано Президенту Конституцией, а Основной Закон – это Закон прямого действия, стоящий выше любого Указа или Положения. Поэтому в данном случае Президент вправе действовать по принципу: что хочу – то и ворочу. Он может, вообще говоря, миловать и без чьего-либо ходатайства.

С Захаровым категорически не согласен его именитый коллега – лидер "Донецкого мемориала" Александр Букалов. Случай с Луценко он классифицирует как "избирательную справедливость". Букалов считает, что п.3 Положения не дает права ходатайствовать о помиловании кому-либо за исключением самого осужденного. Причем, по словам Букалова, требование признать ходатаем свою вину не является обязательным. Но обратиться к Президенту лично – этого не избежать, если уж следовать букве закона.

Адвокат Валентина Теличенко, представляющая интересы Луценко в ЕСПЧ, считает, что Президент обязан придерживаться положений Указа о помиловании. И если бы текст Указа категорически запрещал кому-то за исключением осужденного ходатайствовать о помиловании, то Януковичу следовало сначала отменить Указ и установить новые правила, после чего реагировать на обращение омбудсмена. Но Теличенко считает, что в п.3 действующего Положения круг лиц, которые имеют право обращаться за помилованием очерчен не четко – в предыдущей версии Указа это было сделано более детально. А коль не запрещено, значит разрешено. Она не видит признаков превышения власти в действиях Президента.

Как видим, три именитых толкователя законов трактуют действия Януковича по-разному, и "профессиональные дилетанты"-журналисты не в праве вмешиваться в дискуссию.

Но остается открытым еще один вопрос относительно чудесного освобождения Луценко. Поражает оперативность власти в реагировании на письмо омбудсмена. В данном случае чиновничество совершило подвиг оперативности во имя скорейшего освобождения заключенного. В соответствие с "Порядком осуществления помилования", просьба о помиловании направляется администрации учреждения по исполнению наказания. В течение 15 дней тюремное руководство обязано переправить обращение в Администрацию Президента, а именно – в Управление по помилованию при Президенте. При этом к просьбе о помиловании следует приложить пухлый пакет документов: копия приговора, постановления и решения судов, подробную характеристику из мест лишения свободы... Не даром "Порядок" отводит на это полмесяца.

Далее – по процедуре. Управление вправе запросить у органов власти дополнительные документы по персоне. Рассмотрением обращений в Управлении занимается одноименная Комиссия. И заседает она, как вы догадываетесь, не каждый день. После ознакомления с материалами члены Комиссии голосуют и предоставляют Президенту свои предложения по результатам голосования. Когда Президент ознакомится с предложениями Комиссии и сколько времени займет подготовка Указа о помиловании – "Положение" или иной документ не оговаривает.

Случай с Луценко – беспрецедентный. Вопреки практике, когда прошение подает сам осужденный, и оно через администрацию учреждения по исполнению наказания движется дальше по инстанциям, о снисхождении просил не осужденный, а омбудсмен. Лутковская направила свое обращение напрямую в АП. Но без упомянутого пакета документов Комиссия по помилованию не могла рассмотреть ее обращение. Значит, следовало обратиться с запросом в колонию, где находится Луценко, дождаться подготовки всех характеристик, копий приговора и постановлений суда, фельдъегерская служба все это должна доставить на улицу Банковую в Киев... Даже если предположить, что день доставки всех документов совпал с днем очередного заседания комиссии (проведения внеочередных заседаний Положение не предусматривает), все равно, в несколько дней не уложиться. Значит – Луценко освобождали авральным порядком.

К тому же не ясно, почему Лутковская "попросила за Луценко" именно сейчас, а не раньше? Ведь Положение про помилование допускает сокращение отбывания наказания и до истечения половины срока – в случаях, "требующих особо гуманного отношения" – в истории с Луценко это, очевидно, могло быть состояние здоровья осужденного, которое ухудшилось у него не вчера.

Что послужило причиной? Возможно, то, что через несколько дней Высший специализированный суд планировал огласить решение по кассационной жалобе Луценко – уже 10 апреля? А после этого, как известно, мог быть запущен механизм рассмотрения обращения адвокатов Луценко в Европейский суд по правам человека? То, что ЕСПЧ принял бы решение в пользу Луценко – это и к бабке не ходи. Ну а Украине после этого деваться было бы некуда – освобождать – и точка! Но одно дело, если Янукович помилует Луценко до приговора по кассации, другое – если после.

Правда, тут есть одно "но". Даже с учетом принятия ЕСПЧ жалобы адвокатов Луценко в первоочередном порядке, решение можно было получить минимум года через полтора – аккурат к истечению срока наказания, назначенного украинским судом. То есть, кроме морального удовлетворения Луценко в любом случае ничего бы не получил.

К тому же властям ничто не мешает сфальсифицировать еще пару-тройку уголовных дел, "арестовать подследственного" и начать по ним производство, как это было сделано в отношении Юлии Тимошенко. Тогда – прощай ЕСПЧ! Более того, даже в рамках нынешнего дела, по которому Луценко осужден, Высший специализированный суд мог принять соломоново решение: "обнаружить грубые процессуальные нарушения" и направить дело на новое расследование. Луценко при этом также автоматически терял шанс обратиться в ЕСПЧ. Ничего этого власть не сделала.

И еще одно возможное объяснение стремительному вызволению Луценко. Властью двигал страх, что Европейский суд прикажет перевести Луценко по правилу 39 Регламента Европейского суда в цивильную больницу. Существовала ли такая переписка с судом, знала ли об этом улица Банковая – можно только гадать. Но то, что сегодня Луценко ложится на вторую операцию косвенно подтверждает: перевод в гражданскую больницу был вполне прогнозируемым результатом переписки с ЕСПЧ вскоре после оглашения решения по кассации.

Допустить, что на Комиссию по помилованию при Президенте подействовали некие материальные аргументы (что по утверждению знатоков отнюдь не новость) в случае с Луценко нельзя – ведь тут замешана большая политика. Значит, остаются две версии: Европа-таки додавила упорного Януковича, либо последнее: во власти – полные профаны, которые не могут ничего просчитать и красиво исполнить. Ибо помилование Луценко в том виде, в каком оно было реализовано, представляет Януковича и его команду в глупейшем, самом беспомощном виде.

Глубоко законспирированные источники автора в эшелонах украинской и европейской власти утверждают, что Януковича попросту "додавили". Казалось бы: чего бояться Президенту, выдержавшему многомесячный прессинг Европы и Америки по вопросу Юли и Юры? Янукович и так практически невыездной: ручкаться с ним европейские лидеры не желают, саммиты игнорируют, его вертолетная площадка на склонах Днепра с сигарным залом простаивает без дела. Но это он переживет. Хуже другое: дела в украинском царстве – швах: денег нет, даже реформа госслужбы откладывается, уже решили экономить на нищем образовании, без международных кредитов гривну не удержать, ахметовский металл не продается... А ведь соглашение об ассоциации Украины с ЕС предоставляет не только льготные условия для предоставления Шенгена украинским заробитчанам и прочим, но и значительные преференции украинским экспортерам. Да и в финансовой сфере беда: гривну никак нельзя отпускать (а надо). Дефицит торгового баланса зашкаливает. Отсрочить катастрофу до выборов можно лишь с помощью международных кредитов. На этом фоне запад мог очень даже продуктивно поторговаться: вы – свободу Юре и Юле, мы вам – соглашение об ассоциации и денег.

Вопрос становится ребром: отпустить этих политузников или плюнуть на западные блага? Луценко на свободе – полбеды для власти. К тому же, со здоровьем у Юрия Витальевича, похоже, и впрямь нелады. И, судя по острожным высказываниям Луценко, он не горит желанием возглавить революционное движение против нынешней власти. Под освобождение Тимошенко тоже можно разработать схему: например, изобличив реальных заказчиков убийства Щербаня и сняв обвинения с Тимошенко, а также похерив дело по ЕЭСУ. Впрочем, для этого требуется время, которое можно использовать для получения внешнеполитических и финансовых дивидендов за освобожденного Луценко.

Но Юлия Владимировна на свободе – это для Януковича гарантия проигранных президентских выборов. Что делать: смириться с проигрышем уже сейчас и в оставшееся время максимально подеребанить страну? Или плюнуть на главное требование Запада, на его помощь, на окончательный завал в экономике и на недовольство электората, сделав ставку на беспредел в избирательной гонке? В обоих случаях у партии власти очень мало шансов на выигрыш.

Но кто же в таких делах довольствуется синицей в руках, когда остается хоть и эфемерный шанс поймать журавля?...

И тем не менее, у Тимошенко есть шансы выйти на свободу в обозримом будущем. В значительной мере они определяются экономической ситуацией в стране и запасом прочности системы. Какова она на самом деле, вряд ли знают даже на Банковой и Грушевского. По разным оценкам, сегодня объемы теневой экономики Украины достигают 50-70%. Что делать Януковичу и его команде? Ну, хоть монетку бросай...

В поисках центра принятия решений

На РИА-Новости сегодня появилась очередная угроза очередного кремлевского поца низшего левела: мол, теперь уж точно долбанем по украинским "центрам принятия решений" в ответ на коварную атаку дроном штаба черноморского флота в Севастополе...

Війна, несмак, постмодерн

Перша леді погодилася на фотосесію для американського Vogue. Виконати цю роботу погодилася славетна Енні Лейбовіц. Схибили й модель, й фотограф, й видання...

Война без шанса на победу

Давно замечено поразительное сходство фашистской Германии с современной россией, Гитлера – с путиным. И конец им один. Проигрыш Гитлера был предопределен...

Нам никто ничего не должен

Сенаторша Виктория Спартц – не друг Украины и она не желает нам помочь. Это совершенно очевидно из ее общения с журналистами "Украинской правды", о чем те недвусмысленно намекнули во вступлении к интервью с ней...

Свинья от полиции под Залужного

Решение ЗСУ "привязать" военнообязанных к территориальным центрам комплектования вызвало нешуточные бурления. Масла в огонь подлил Президент, его поддержал новоиспеченный омбудсмен – недемократично, неудобно, неприемлемо! Этому предшествовала искусственная паника на тему запрета военнообязанных женщин покидать страну...

В чому різниця між екс-омбудсменом Дєнісовою та правозахисниками?

Історія з Денісовою, описана "Укрправдою" набула неабиякого резонансу. На посаді омбудсмена пані Дєнісова повідомляла зайвих подробиць про згвалтування дітей рашистами, але жодних доказів слідству не надала...