3 лютого 2017, 12:50

О внутренней информационной войне

Неоднократно отмечала: Россия проигрывает информационную войну в мире, и в ее пропагандистскую "лабуду" якобы о "гражданской войне" в Украине никто не верит (подтверждение этому – санкции против РФ, а также указание России как субъекта войны в резолюциях ООН и ПАСЕ). При этом внутри Украины – Кремлю, порой, удается эффективно вести информационную войну, при не/осознанной поддержке отдельных украинских политиков.

С политиками/экспертами, которые не могут вслух произнести, что Россия аннексировала Крым и развязала войну на Донбассе (один из последних примеров – Михаил Добкин, который вчера на одном из телеканалов не смог это признать), и придумывающими самые разные отговорки лишь бы уйти от ответа (типа, "у нас ведь АТО, а не война"; или – "НАТО хотело напасть на Россию" и т.д.) – все понятно, в смысле их неукраинская позиция – не вызывает сомнений.

Но очень часто мы слышим более завуалированную позицию, которая формально выглядит как украинская, но де-факто – идет в русле/совпадает с пропагандистской позицией Кремля. Скажем, две базовые темы, которые активно обсуждались/обсуждаются в украинском и российском публичных пространствах одновременно – это: 1). Трамп и Путин договорятся за спиной Украины, а, значит, нам надо срочно идти на уступки и компромиссы, которые по сути своей и с учетом того, что преподносятся как стартовая позиция, являются капитуляцией; 2). Украинская власть якобы заинтересована в войне, чтобы скрыть сложности социально-экономического положения.

Первый пропагандистский штамп (о том, что Украину якобы "сливают") кремлевского "ждуна" (в том смысле, что российская власть все время находится в режиме ожидания – вначале выборов в США, теперь – предстоящих в странах ЕС, снятия санкций и т.д.) отчасти развеяла позиция нового представителя США при ООН Никки Хейли во время обсуждения ситуации по Донбассу на заседании СБ ООН: "США стоят вместе с народом Украины, который более трех лет страдает от оккупации и военной интервенции России". И по Крыму: "США продолжают осуждать и призывают немедленно прекратить российскую оккупацию Крыма. Крым является частью Украины. Наши санкции, связанные с Крымом, будут действовать, пока Россия не вернет контроль над полуостровом Украине".

Озвучивание представителем России в ООН Виталием Чуркиным стародавней российской мантры о том, что "обстрелы на Донбассе могут прекратиться, если украинская власть воспользуется "политической альтернативой" (это вариант заявления Владимира Путина от мая 2016 года о том, что "всегда найдется тот, кто стрельнет, и тот, кто ответит, и так будет бесконечно происходить до тех пор, пока не будут приняты решения политического характера") – это все та же позиция ожидания через военный шантаж. А в оговорке Чуркина "вместо Донбасса – Донбай", а ранее, как мы помним, Сергей Лавров назвал оккупированную часть Донбасса "Лаосской народно-демократической республикой" – и есть истинное отношение россмийской власти к Донбассу.

Это не значит, что внешнеполитическая ситуация, в том числе с учетом выборов в отдельных странах ЕС, не может не стать менее благоприятной для Украины. Но это не значит, что мы наперед, поддаваясь шантажу и блефу РФ, должны капитулировать. Тем более что в Европе есть понимание того, что "гибридная война" – это угроза для Европы в целом. Не зря, Ангела Меркель сейчас стала врагом номер один в российских СМИ, а ЕС решил выделить 800 тысяч евро на противостояние возможному вмешательству РФ в предстоящие избирательные кампании.

Второй пропагандистский штамп (о том, что украинская власть якобы заинтересована в войне, чтобы скрыть сложности социально-экономического положения), судя по всему, только набирает оборотов. Если Украина научилась противостоять военному шантажу, то надо попытаться ослаблять страну – через политические конфликты. За последнюю неделю мы наблюдаем чуть ли не открытую поддержку Кремлем украинской оппозиции.

Думаю, все обратили внимание на заявление Путина, в котором он обвинил Украину в эскалации ситуации на Донбассе: "На фоне очевидных неудач в сфере экономической, социальной политики активизировалась оппозиция. Ее надо заткнуть, мобилизовать вокруг действующего руководства население. Эта задача тоже достигается на фоне какого-то конфликта".

То же самое заявил и пресс-секретарь Путина Дмитрий Песков: "Украинские власти разжигают конфликт, чтобы отвлечь людей от внутренней ситуации в стране".

Или вот еще цитата Сергея Лаврова: "Даже глубоко предвзятая немецкая пресса признала, что за всем этим стоит Порошенко, которому очень важно обострять ситуацию, чтобы Украину не забыли".

То, что российская власть начала открыто поддерживать оппозицию в Украине (в критике власти – давно нет ничего нового) – это еще одно доказательство того, что внутренняя дестабилизация в Украине сегодня в интересах Москвы. Более того, иногда мы вообще видим совпадение тезисов российских спикеров и украинских оппозиционеров, что фактически свидетельствует об общем содержании критики украинской власти у Путина и украинской оппозиции. Скажите, чем отличаются заявления Юлии Тимошенко или Семена Семенченко от критики Путина? Скажем, заявление Тимошенко о том, что "власти выгодна война". Или Семенченко о том, что "ситуация в Авдеевке связана с блокадой торговли на крови".

Это не значит, что в Украине нет социально-экономических сложностей, и что украинская власть не может или не совершает ошибок, и если такие ошибки есть, на них нужно обязательно указывать. Но когда звучат слаженная критика и одни и те же аргументы со стороны Кремля и отдельных представителей украинской оппозиции (с указанием одних и тех те причинно-следственных связей, в частности о причинах войны и социально-экономических проблеммах), стоит задуматься, в каком направлении работает эта критика. Цели российской власти остались неизменны: как минимум – принудить Украину к капитуляции (в том числе через политический кризис и как следствие – через ослабление слаженной внешнеполитической позиции); как максимум – развалить Украинскую государственность.

Блог автора – матеріал, який відображає винятково точку зору автора. Текст блогу не претендує на об'єктивність та всебічність висвітлення теми, яка у ньому піднімається. Редакція "Української правди" не відповідає за достовірність та тлумачення наведеної інформації і виконує винятково роль носія. Точка зору редакції УП може не збігатися з точкою зору автора блогу.

Про вичерпність агресивних автократій

Приклад Ірану наочно показав: автократія, орієнтована виключно на силову компоненту/загрозу/шантаж, коли наявність силової компоненти – це не інструмент для досягнення адекватних цілей (наприклад, внутрішньої модернізації чи забезпечення миру у регіоні), рано чи пізно, буде зупинена...

Про оптимізм та песимізм руху до нового світопорядку

Уже навіть генсек ООН Антоніу Гутерреш визнав, що "ми живемо в період хаосу та змін" і закликав до "оновлення архітектури міжнародної безпеки"...

Вглиб переговорного процесу (напередодні Женеви)

Є чотири можливих переговорних напрямки, розвиток чи не/розвиток яких напряму залежить від позиції РФ. 1. Безкінечне забалаболювання процесу, на що в значній мірі була орієнтована делегація на чолі з Владіміром Мединським...

Декілька висновків/спостережень щодо Мюнхенської конференції

1. На відміну від попередніх років до 2022 року (навіть, уже після 2014-го), ця конференція проходила під знаком обговорення не окремих деталей та протиріч в рамках існуючого світопорядку, а з розумінням того, що колишніх правил немає, і формуються нові...

Якою може бути відповідь Європи на "стан руйнування" (у контексті Мюнхенської конференції)

Ну, що ж, дискусія "Так/Ні" всередині Європи, яка активізувалась після Давосу (Гренландії, "Ради миру" Трампа та збереження ризику Росії) щодо стилістики взаємодії із США, матиме продовження і на Мюнхенській конференції...

Про нормалізацію ненормального

У поета Квінта Гораціо Флакка є такий вислів "Нічому не дивуватися" (Nil admirari). Ця фраза, що спочатку позначала стан незворушності (ні поганим, ні хорошим), характерний для стоїків та епікурійців (така собі нірвана), згодом у літературній традиції стала використовуватися для опису аристократичної стриманості, а то й часом снобізму...