23 жовтня 2020, 21:24

После выборов

Многие, думаю, согласятся: давно у нас не было местных выборов, таких значимых в общеукраинском масштабе.

Во-первых, из-за реформы децентрализации. Полномочий у местной власти стало больше, а значит – и конкуренция больше.

Во-вторах, местные выборы – это определенный маркер, с точки зрения понимания политического расклада на уровне страны в целом. Очевидно, что моновласти у "Слуги народа" на уровне регионов не будет (и никакие политтехнологические уловки, типа опроса от президента Владимира Зеленского за деньги партии СН, не остановят падение рейтинга власти), а значит – тренд на "новые лица" и конфигурация, которая сейчас есть на уровне правительства и большинства в парламенте, постепенно будут меняться.

В-третьих, показательны применяемые технологии и проблематика партий, то есть, соотношение количества и качества. Набор очень разнообразный, и во многом демонстрирует, как конкретный политик/партия представляют своего избирателя. Есть партии с четкой идеологической позицией, есть партии с акцентом на размытость и исключительно пиар. Есть здоровая конкуренция (и подкупа в виде гречки практически нет), а есть такие методы, как использование администрументов для не регистрации кандидатов на местах, или задействование клонов. Двойники и клоны – это вообще такая постсоветская практика. Двойники – это особенность стран с несменяемыми лидерами/политическими режимами, где все политическое при отсутствии конкуренции сводится к упрощению (вплоть до архаики с разными форматами политических "переодеваний" и двойников), и выборы выполняют формальную функцию уже заранее подготовленного "выбора". В постсоветских странах, где есть конкуренция, но слабые институты в сочетании с популизмом, упрощение зачастую сводится к легким способам разрешения сложных проблем, к спекуляции на штампах вместо просветительства, и клоны как технология – вполне себе органичная часть такого подхода.

Что касается поствыборного периода, то на уровне процесса/процедуры уже понятно, что может быть много судебных исков. Полиция зарегистрировала в ходе этой кампании в разы больше нарушений избирательного законодательства, чем это было на президентских и парламентских выборах в 2019 году.

На уровне результатов виборов также уже очевидно, что большинство действующих мэров имеют шансы быть переизбранными, и здесь вопрос, будет ли власть предпринимать разные "гибридные шаги" – или в виде недопущения мэров к власти (инициатива отменить второй тур выборов), или в виде сокращения власти новоизбранных мэров (инициатива закона о столице, в частности). Отдельная тема – борьба за местные советы и будущие коалиции, которые могут быть сформированы, независимо от идеологии и оппонирования субьектов в ходе выборов.

Но куда интереснее/важнее, какое продолжение результаты местных выборов впоследствии будут иметь на общеукраинском уровне. Фрагментация внутри власти будет только нарастать, по разным причинам: и потому что изначально СН – это список из разных групп влияния, а не партия, объединяющая своих партийцев системой общих взглядов; и потому, что по мере снижения рейтинга разные группы будут думать о новых проектах, обеспечивающих им политическое присутствие. А раз будет фрагментация, то неизбежно и переформатирование, в ходе которого, на мой взгляд, важно, чтобы в повестке дня страны были актуализированы важные темы/вопросы. Например, такие.

1.Проактивная политика в направлении ЕС и НАТО. Если еще десять лет назад был важен выбор – Россия или Запад, то после того, как Россия в 2014 году сама же обнулила этот выбор (аннексия Крыма, напомню, произошла, когда у Украины был внеблоковый статус), выбор находится в плоскости темпов евроатлантической интеграции. То есть, интегрироваться на словах или в реальности. Снижение темпов, де-факто, будет играть в пользу РФ.

2. Целостная позиция в вопросах безопасности, восстановления территориальной целостности Украины. Такой подход априори исключает вбрасывание в публичное пространство (как делает сейчас власть) таких вопросов, как свободная экономическая зона для Донбасса и Будапештский меморандум. Эти и другие вопросы, касающиеся безопасности, думаю, могут выноситься в публичное пространство только тогда, когда у власти есть целостное видение. То есть, как часть этого видения, а не наоборот. Не говоря уже о недопустимости того, что трактовки происходящих событий в сфере безопасности иногда расходятся у ООС и ОП. Формирование целостной и внятной позиции власти – неизбежно. Ведь давление России никуда не исчезнет, и в этом смысле российскую власть личность любого украинского президента/политика интересует только в той мере, в какой эта личность готова следовать российским условиям и интересам. Поэтому украинской власти опору и силу надо искать не в иллюзиях относительно готовности Кремля идти на компромисс. Опору надо искать в поддержке активной части украинского общества, внутреннем единстве и в усилении Украинской государственности.



3. Экономическая политика, и фискальная реформа как часть.
Вместо этого нам навязывают дискуссию якобы о "внешнем управлении". Посмотрите, сколько кредитов МВФ брали правительства и до 2014 года, в том числе правительство Николая Азарова. Только тогда почему-то никто не говорил о "внешнем управлении". За этими разговорами скрывается объективная необходимость во внешнем кредитовании на какой-то период всех экономик, проходящих стадию трансформации. Субъективная составляющая этой навязанной дискуссии – боязнь олигархов быть вытесненными через транснациональные корпорации. Хотя это невозможно в полной мере, в силу того, что Украина не пошла по пути стран Восточной Европы в 90-х, как и не пошла по пути России (госкапитализм).



4. Продолжение реформы децентрализации.
Пандемия корнавируса выявила ряд проблем местного самоуправления. Мы помним, как президент собирал у себя олигархов, демонстрируя тем самым, что главы ОГА не справляются с задачами. В итоге – основная нагрузка, организационная и финансовая, легла на мэров. И зря центральная власть перевела это все на уровень противостояния и конфликтности (вместо взаимной координации и командности), вплоть до странной инициативы от СН перенести второй тур выборов на период после окончания карантина (то есть, де-факто – отемнить). Не о том надо думать, как обездвижить мэров не от СН, сократив, тем самым, пространство самоуправления. А о том, как продолжить реформу децентрализации, гармонизировав полномочия, ответственность и контроль (имею в виду в том числе необходимость трансформации функции глав ОГА).

5. Правоохранительная и судебная реформы. Часто от действующей власти можно услышать обвинения в адрес предшественников применительно к реформе судебной системы. При этом за полтора года ситуация не улучшилась, а только ухудшилась. Можно привести массу примеров решений судов и в пользу олигархов. Другая крайность – поджеги домов и автомобилей как способ разборок с оппонентами (будь то политики, экс-чиновники, журналисты или представители гражданского общества), которые, похоже, стали нормой за последний год. Судебная реформа, как и реформа правоохранитлеьной системы – одна из важнейших в последовательности структурных реформ, она требует системности и поэтапности, а не втягивания в политический контекст противостояния.

6. Усиление институций. Опыт политической истории разных стран показывает, что опора на личность политика в сочетании со слабыми институтами и размыванием полномочий автоматически создают предпосылки для разного рода рисков – от аторитарных замашек до хаотизации, в случае потери рейтинговых позиций того или иного политика. В этом смысле, если западная политика – это, прежде всего, сильные институты государства и общества и разделение ветвей власти, и уже потом – личность (даже харизматичный лидер не может заменить собой институт, отсюда – устойчивость системы), то постсоветская политика – это слабые институты/их имитация и лидер-жрец, от которого зависит, утрируя, дождь, солнце и надои молока.

7. Повышение качества политической комуникации. Эти выборы не стали исключением с точки зрения намерений политиков/партий поспекулировать на штампах. В итоге, бег по кругу, с озвучиванием стандартных популистстких лозунгов в условиях сложных вызовов перед государством. В каком-то смысле популизм в политике – то же самое, что "быстрые деньги" в экономике. Он ориентирован на быстрый, ничем не подкрепленный результат, обессмысливая, тем самым, качественный подход к разрешению любой проблемы и порождая невежество в обществе. Любая популистская конструкция вообще очень сильно упрощает решение всех проблем. Именно поэтому политики предпочитают договариваться в кулуарах. В то время как поэтому публичная площадка для политиков – это не форма согласования позиций в содержательной дискуссии, а исключительно область популизма и пиара. Привнесение же "пробников референдумов" в качестве технологии только возводит в степень этот пиар – использовать народовластие можно только в комплексе с повышением уровня политической грамотности граждан и артикулированной позиции самой власти, иначе это профанация.

Подытоживая, можно констатировать, что местные выборы почти наверняка станут стартом для внутреннего переформатирования на общенациональном уровне.

powered by lun.ua

Геополитическая работа, от которой отказывается Россия

Владимир Путин во время встречи с главами фракций в Госдуме заявил, что строительство газопровода "Северный поток-2" Запад блокирует не из-за посягательств России на Украину, а якобы из-за собственных планов в отношении Украины...

Между коллаборационизмом и "внешним управлением"

Думаю, вы согласитесь со следующим наблюдением. Применительно к внешним взаимосвязям украинских элит (в их негативном/чрезмерном проявлении) в публичном пространстве обсуждается исключительно два варианта: или коллаборационизм, или "внешнее управление"...

Двойной обман Медведчука

Наблюдая и участвуя в разных публичных дискуссиях по поводу закрытия каналов холдинга Тараса Козака-Виктора Медведчука (как следствие санкций в отношении номинального собственника), могу констатировать: тема проговорена практически со всех точек зрения...

После пропаганды

Считаю бессмысленным обсуждать, почему Петр Порошенко не закрыл каналы холдинга, ассоциирующегося с Виктором Медведчуком (Тараса Козака считают номинальным собственником) во время своей президентской каденции...

Что не так с идеей всеукраинского референдума

Сразу уточню: текст не столько о конкретном законопроекте (номер 3612) о всеукраинском референдуме, проголосованном во втором чтении, сколько о самой идее...

Мы и "отсутствующий" президент

Поскольку в постсоветских странах дни рождения президентов – это такая немного общественная дата (в какой-то степени они в концентрированном виде демонстрировали сущность политики и менталитет элит), то изложу пару наблюдений на эту тему...